Тамбовское региональное отделение

Общероссийской общественной организации

«Союз писателей России»

 

Тамбовский альманах № 8 (ноябрь 2009)

Содержание

 

Главная

 

Новости

 

История

 

Персоналии

 

«Тамбовский альманах»

 

Ссылки

 

Гостевая

 

Написать письмо

 

 

Вадим МАРКУШИН

 

 

К НЕВЕСТЕ

 

Мы чуточку все из Тамбова.

В зрачках чернозёмная Русь.

Я был здесь навек околдован.

С тех пор и люблю, и борюсь.

Мне снятся заборы «Пехотки»,

девица (сплошные глаза!).

За ужином порция водки,

и «против» – ничто перед «за». 

На счастье – лихая попутка.

К несчастью – закрыт переезд.

На нервах играет минутка.

В сердцах матерится протест.

Помчались. Лишь два поворота.

Знакомый квартал у реки.

У старой колонки ворота.

В окошках дрожат огоньки.

А там уж – горой тили-тесто.

Заботы – весёлой гурьбой.

Девица-то стала невестой,

моей беспокойной судьбой.

 

 

 

 

ДАВНЫМ-ДАВНО

 

Видавший виды двор, столетний дом,

у речки, Комсомольская, четыре.

Гостили скопом в тёщиной квартире.

Теснились за обеденным столом.

Ходили до заветного угла,

где разливали импортную «Варну».

Стакан, потом другой… Элементарно.

Несложной «технология» была.

Навеселе топтались у ворот.

Вдыхали ароматы огорода.

Казалось нам, что и сама природа

освобождала от земных забот.

На воздух сонный Палыч выходил,

реальную рисуя перспективу:

определиться в меру своих сил,

дав предпочтенье местному розливу.   

Что дальше было делать – не вопрос.

Велению души нельзя перечить.

«Займи, но выпей, ведь ещё не вечер», –

нашёптывал невидимый Христос

 

 

 

 

НАСТРОЕНИЕ

 

Пойти б туда, где воздух сладкий

и терпкий аромат цветов.

Туда, где можно без остатка

отдаться свежести ветров.

Пойти б туда, где звуки тише

и сердце умеряет стук,

где лишь земля тебя услышит,

и все замедлится вокруг.

Пойти и породниться с полем –

душа уставшая велит.

Пойти и насладиться вволю

всем, что волнует и пленит.

 

 

 

 

В. Н. БАЛАНДИНОЙ

 

Вы рассуждали о Безухове,

Луке, Базарове, Ноздрёве.

Вы жили правдами и слухами

в советском городе Тамбове.

Вы на стезе правописания

тянули лямку безупречно.

И в каждом знаке препинания

хотели видеть истин вечность.

Ваш крест – работа над ошибками.

Вы полагали их своими.

И кто-то золотыми нитками

«вшивал» в тетрадку  Ваше имя. 

Вы шли нелёгкою дорогою.

А где-то и тропою грома.

Забыто из плохого многое.

Жива душа родного дома.

 

 

 

 

ДВУХГОДИЧНИКИ

 

Тамбовская «Пехотка».

Сермяжный каталог –

от шапки и пилотки

до яловых сапог.

Бесцветные обои.

На плац унылый вид.

С подъёма до отбоя

дивизия пылит.

Раз в месяц физзарядка.

Халявный сон-тренаж.

Открыто и с оглядкой

лежит второй этаж.

Лежит и дни считает

до славного конца.

Под вечер снаряжает

за «беленькой» гонца.

Жара и непогода.

Два лета, две зимы…

Те два далеких года

теперь смакуем мы.

 

Поэзия

 

 

 

ШУРИН

 

Желанней не бывает дня,

чем в середине лета,

когда тамбовская родня

спешит тропой заветной

к традиционному столу,

к базарным разносолам,

чтобы растрогать старину

проникновенным словом.

Чтобы напомнить о себе,

о сыновьях и внуках.

И шумно размешать в вине

скопившуюся скуку.

Чтобы отвесить похвалу

виновнику застолья –

за то, что он внедрял в семью

здоровые устои.

За то, что вечно был у дел

и не менял привычек.

За то, что снять всегда умел

опасность грозных стычек.

За верность дому и корням.

За веру в свою смену.

За недоверие к ветрам,

несущим перемены.

Вот он сидит – отец и дед,

супруг, свояк и шурин.

И тени промелькнувших лет –

во всей его натуре.

 

 

 

 

ПРИСНИЛОСЬ

 

Был сон. Как будто бы в Тамбове –

воскресный колокольный звон.

И воздух празднично-медовый,

и твой летучий эскадрон.

Нетерпеливый конь подковой

бьёт по губернской мостовой.

Девицы, молодые вдовы.

Во фрунт стоит городовой.

Благопристойнейший порядок!

Кругом державные орлы.

Семейства в выходных нарядах.

Уже накрытые столы.

Вина и водочки в избытке.

Лосось, кабанчик, пироги.

И в примирительных улыбках

твои исконные враги. 

Гудит дворянское собранье.

Шумит гусарский пир горой.

Всех покорил уж обаяньем

ты – сочинитель и герой.

В ходу пикантные легенды –

где небылицы, а где быль.

И вздохи, и аплодисменты,

и блеск, и городская пыль.

 

 

 

 

ХОРОШАЯ МЫСЛЬ

 

В башке канючат пустяки.

В суставах злобствуют артрозы.

Дружище, баньку истопи,

порадуй запахом берёзы.

Пускай душа из тела вон

на верхотуре раскалённой.

Пускай мой благодарный стон

расслабит разум воспалённый.

И разомлевшая спина

пусть изойдёт солёным потом.

И благодушная волна

разгонит бренные заботы.

И как гостинец естеству –

блаженство у прохладной стенки.

И не во сне, а наяву –

напротив круглые коленки.

 

 

 

 

МЕЧТА

 

Проснуться бы в лесу за Цной

под трели птички озорной.

Пройтись пешочком к тихой речке

и перекинуться словечком

с сидящим в лодке рыбаком.

Не торопясь вернуться в дом,

сорвав по ходу что-то с грядки.

И безмятежно, без оглядки

на вал событий, внешний мир,

неутомляемый эфир,

устроиться на старой лавке,

поесть мясца с зелёной травкой,

побаловать себя чайком

с живым смородинным листком.

Потом несложные задачи

на перспективу обозначить,

подробно обсудив с женой

кружок гостей на выходной.

Ну, и отправиться на рынок,

на ниву деревенских крынок,

лукошек, связок и пучков,

солений и окорочков…

Вернётся лето – сядем снова

на 31-й до Тамбова.

 

 

_________________________________________________

 

Вадим Александрович МАРКУШИН в своё время из Тамбова перебрался в Москву. Окончил Военный институт иностранных языков, полковник в отставке, много лет проработал международным обозревателем газеты «Красная звезда».

В настоящее время вернулся в Тамбов.

Публиковался как поэт в газетах, журналах, коллективных сборниках. Автор пяти поэтических книг. Член Союза писателей России.

 

ВВЕРХ

 

 

 

Hosted by uCoz