Тамбовское региональное отделение

Общероссийской общественной организации

«Союз писателей России»

 

Тамбовский альманах № 7 (июль 2009)

Содержание

 

Главная

 

Новости

 

История

 

Персоналии

 

«Тамбовский альманах»

 

Ссылки

 

Гостевая

 

Написать письмо

 

 

 

 

Нина ИЗМАЙЛОВА

 

 

ОЧКИ

 

Прозренье наступает,

но не вдруг –

без розовых очков

тускнеет круг,

очерченный для призрачной отрады.

Подкрашиваю их я втихаря,

и – снова лучезарная заря

над серыми завалами

распада.

 

Мне говорят:

«Пора очки снимать.

Смотри – разбиты вдрызг,

а ты опять

лелеешь всуе дерзкие капризы…»

И всё-таки

очков я не сниму,

но радугой цветущей заменю

разбившиеся

розовые

линзы!

 

 

 

ВОЗВРАЩЕНИЕ

 

             Памяти Евгения Харланова

 

Когда умирают поэты,

в садах опадает малина,

снега, иссыхая, чернеют,

в землю уходит трава.

А небо становится ниже,

и птицы в лесах умолкают,

тускнеет и слепнет солнце,

глохнут в горле слова.

 

Когда умирают поэты,

становится вдруг безразлично,

какао любил или водку

певец при жизни земной,

и жил он в стране далёкой,

или в соседнем доме

и заходил вечерами,

чтоб покалякать с тобой.

 

И сколько ни рассуждают

друзья от литературы

и о своей причастности,

и о других пустяках,

а ОН остался все тем же,

просторным и бесприютным…

каким он ушел из жизни,

таким и вернулся…

в стихах.

 

 

 

БАЛЛАДА О КОТЕ

 

Жил у старушки чёрный кот,

И ласков и умён.

Бывало, выйдет из ворот

И смотрит на ворон,

Потом отводит томный взор –

Ну как тут не понять?

Негоже умному коту

Небесных птиц гонять.

Хозяйка летнею порой

Спешит на огород,

За ней вальяжно – хвост трубой –

Идёт любимый кот.

А ввечеру сидят вдвоём

На кухне у окна,

Едят. Он – кашу с молоком,

Хлеб с молоком она.

Так и вели они свой быт

Без горя и забот,

Но был безжалостно убит

Старушкин чёрный кот.

Два дня она его звала,

И на крыльце ждала,

На третий день в густых кустах

Убитого нашла.

В холстину тельце завернув,

Поплакала о нём

И вырыла ему, вздохнув,

Могилку под окном,

От чуждых взглядов оградив

Сиреневым кустом.

Убийца чёрного кота

Был злобен неспроста –

Он с детства кошек презирал,

При случае пинал.

Его и мучила, и жгла

Котова чернота,

Напоминавшая о том,

Что совесть нечиста.

И как бы ни был белокур,

И молод, и красив,

Себе он душу зачеркнул,

Единожды убив.

Когда-нибудь в последний путь

Старушку отнесут,

Слегка в домишке приберут

А после продадут,

И может быть, и может быть,

Жилплощадь купит тот,

Кем был безжалостно убит

Несчастный чёрный кот.

И в соблюдение примет –

А почему бы нет? –

Войдёт хозяин в этот дом

С каким-нибудь котом.

И будет чайник на плите

Насвистывать фокстрот,

И будет зыркать в темноте

Зелёным глазом кот,

И беспокойно будет бить

В бока себе хвостом,

Почуяв в страхе, КЕМ убит

Зарытый под окном.

Хозяин кличку даст коту,

Предложит молока,

Но слышен будет за версту

Тревожный вой кота,

И будет в доме пустота

И смертная тоска.

И кот, конечно, в тот же день

Оттуда удерёт,

И тяжким камнем ляжет тень

От дома до ворот,

И в палисаднике сирень

Вовек не расцветёт.

 

 

 

МОТЫЛЁК

 

Мотылёк, надрываясь,

                     летит к вожделенному свету.

Вязнут крылья во тьме.

                    Зачарованный тонким лучом,

Он стремится пробить темноту,

                                     и последние метры

В предвкушенье грядущего счастья

                                               ему нипочём.

 

Голубая пыльца истрепалась

                                       о своды туннеля –

И почти что бескрылым

                       бродяга окончит свой путь.

Замерев на краю долгожданно лелеемой

                                                             цели,

Он рванётся в слепящий огонь –

                                                 отдохнуть…

 

Поэзия

 

 

 

 

БАЛЛАДА О ТРОЛЛЕЙБУСЕ

 

Троллейбус, сопя и вздыхая, по улице тащится –

Сминается знойный асфальт под протектором стёртым.

И снится ему, что изящная стройная ящерица

Зовёт поваляться в зелёной лощине за городом.

 

Вечерний газон задремал и наполнился полночью,

Угасли шаги, и Троллейбус внезапно проснулся.

И, штанги закинув за плечи, побрел потихонечку

Из города спящего — ни о кого не споткнулся.

 

В лощине прохладной, на свежей траве изумрудной

Валялся Троллейбус, росою бока умывая,

И глупой счастливой улыбкой приветствовал утро,

И думал: «Сюда приглашу я братишку Трамвая.

 

Как мягко и весело! Воздух, пропитанный мёдом,

Стрекоз привлекает, и лёгкие бабочки вьются,

И двери мои не штурмуются больше народом,

И можно в любую минуту заснуть и проснуться…»

 

От города пыльного к северу тянется балка.

Засыпана мусором – смрад из глубин исторгает.

Огромная свалка. Простая привычная свалка.

Разбитый троллейбус зловещую свалку венчает.

 

 

 

 

 «МЕРСЕДЕС-600»

 

(Авторуководство по эксплуатации)

 

Хвалю, Хозяин, – ты меня купил

И отстегнул немереные бабки.

Надеюсь, хватит выдержки и сил,

Дабы усвоить и мои повадки.

 

Компьютером владеешь? Я горжусь!

Мобильника из рук не выпускаешь?

Почти что свой! Давай, братан, не трусь –

Лениво как-то мной ты управляешь.

 

Когда вальяжно ты во мне сидишь,

В глазах людей ты – новый русский, барин,

А для меня – подопытная мышь.

Так будь мне за ученье благодарен.

 

Я – «Мерс», а не «Москвич», и не «Ока»

Или задрипанная фермерская «Нива».

Мне о таких тереть свои бока,

Дерзну заметить, даже некрасиво!

 

Ну что, опять какой-то светофор?

Да мне плевать – зелёный или красный –

Когда лечу стрелой во весь опор,

Перечить мне, как минимум, опасно!

 

Во, ты даёшь! Нажал на тормоза –

Так мне из строя выведешь колодки!

Ах, пешеход? Протри свои глаза,

Да полюбуйся на его походку:

 

Едва передвигается, бедняк,

Одет в тряпьё, ни дать, ни взять – бомжует!

Не человек он вовсе, а… червяк!

Давай освободим его от сует!

 

И пусть родня не рвёт последних жил

И шибко о надгробье не печётся:

Кто пешеходом срок земной прожил,

Простым крестом сосновым обойдётся.

 

Чего дрожишь? Пугаешься ментов?

Врубись, в натуре – это же не круто!

Ты к новому мышленью не готов,

Покуда подчиняешься кому-то!

 

Напоминаю: ты купил — МЕНЯ!

И лишь передо мной теперь в ответе!

А если мой урок преподан зря,

На повороте выплюну, сопля,

Да так, что окочуришься в кювете!

 

 

 

 

МОЛИТВА  ЛИСИЦЫ

 

Послушай, охотник, Ты – Бог! Я – простая лисица,

Одна из немногих, что выжили прошлой зимой,

И буду Тебя неустанно просить и молиться,

Чтоб Ты не гонялся с собаками нынче за мной.

 

Мой лес поредел, но нашла я себе за пригорком

Уютное место – не сразу его разглядишь!

Построила дом, а по-вашему, вырыла норку,

Лисят родила и поймала им первую мышь.

 

Охотник, Ты – Бог, и Жена Твоя – тоже Богиня,

Одетая в бархат, в шелка, с бриллиантом кольцо…

Неужто мой сын, мой любимый лисёнок, погибнет,

Чтоб мехом пушистым её обрамлялось лицо?

 

Гринпис далеко, и не сможет за нас заступиться –

Помилуй, Охотник, меня и малюток-лисят!

Земля велика, только где нам спастись и укрыться,

Когда милосердия люди иметь не хотят?

 

Исчезнут леса, обмелеют ручьи и озёра,

Порвётся с разумной природой незримая нить –

И полчища крыс и мышей завоюют Твой город,

И некому будет семейство Твоё защитить.

 

Баланс опрокинется. Всякое может случиться –

Богиня, которую Ты ублажал и ласкал,

Однажды посмотрит в глаза Тебе серой волчицей

И явит внезапно надменный звериный оскал.

 

 

 

 

ТЫ ЖДЁШЬ…

 

Семь лет мне светила улыбка твоя,

Семь лет я глядела, дыханье тая,

В твои золотые, как солнце, глаза…

Но солнце затмила ночная слеза.

Меня ты покинул – и чёрная мгла

Меж мной и тобой навсегда пролегла.

 

И кануло в бездну семь лет и семь дней,

Четырнадцать лет и четырнадцать дней,

И трижды по семь и сто семьдесят дней –

Нет горше утраты, нет боли больней.

 

И тихо в ночи колокольчик звенит…

Срывается яблоко с ветки в зенит

И тьму пробивает, и стёкла летят

Мне прямо в глаза. И вонзаясь, слепят.

 

Я знаю, ты ждёшь меня там, на лугу,

Ты ждёшь меня там, на другом берегу.

Меж нами года, словно горы в снегу,

И я пробиваюсь сквозь тьму и пургу –

Улыбку твою я в себе берегу

И только дойти всё никак не могу…

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

____________________________________

 

НИНА ИЗМАЙЛОВА родилась во Владимире, живёт и работает в Тамбове. Публиковалась в газетах, коллективных сборниках, альманахе «Радуга над Цной».

Автор книги стихов «Меня позвали – я пришла».

Член Союза российских писателей.

 

ВВЕРХ

 

 

 

Hosted by uCoz