Тамбовское региональное отделение

Общероссийской общественной организации

«Союз писателей России»

 

Тамбовский альманах № 3 (апрель 2007)

Содержание

 

Главная

 

Новости

 

История

 

Персоналии

 

«Тамбовский альманах»

 

Ссылки

 

Гостевая

 

Написать письмо

 

 

Юность

 

К. КИЛАМОВ

 

 

ВЫБОР

 

Рассказ

 

Закрываясь ладонью от необычайно яркого для осени солнца, Сэм кое-как вырулил на стоянку Центра Анализа и Планирования. Огромное здание ЦАП закрыло его своей тенью, укутало прохладным плащом. На стоянке не было ни одной машины.

Осень выдалась жаркой и душной. Единственное, что спасало от жары, — озеро. «Хорошо, что ЦАП стоит на берегу озера, а не где-нибудь в полях», — подумал Сэм. Он взял с соседнего сиденья дипломат, и тут же что-то легонько толкнуло его в затылок. Сэм обернулся и у него перехватило дыхание. За окном стоял человек в форме охранника ЦАП и целился в Сэма из автоматической винтовки.

* * *

Неладное Сэм заподозрил ещё вчера, когда Стив Берговиц, сам Седой Стив — начальник Отдела Прогнозов, профессор, академик многочисленных академий, последние два года бравший ручку только для того, чтобы поставить свою подпись под очередным документом, сам сел писать отчёт.

Но ещё раньше, тем же днём, Сэм получил крайне странные результаты обычных повседневных расчётов. Он переделывал всю работу три раза, но получалось одно и то же: почти ровная линия вначале, а потом огромный всплеск, переходящий в хаотичные биения. Только увидев этот график, Седой Стив насмешливо улыбнулся и сказал:

— Мой мальчик (он всегда называл молодых сотрудников «мой мальчик», когда они приносили то, что казалось ему бредом), сколько раз ты проверял эти расчёты?

— Три раза, как вы и учили, — ответил Сэм.

Седой Стив почесал затылок и неожиданно посерьёзнел.

— Знаешь, что, Сэмуэль, — сказал он, — принеси-ка мне исходные данные.

* * *

Вчера Сэм не придал этому значения. Теперь же, глядя на охранника в бронежилете, наставившего на него винтовку, именно это событие всплыло у него в голове.

— Документы, — потребовал охранник.

Стараясь унять дрожь в руках, Сэм суетливо зашарил по карманам, выудил пластиковую карточку и протянул охраннику. Тот, не глядя, провёл карточкой по сканеру и равнодушно посмотрел на зелёную лампочку.

— Вам надо заехать в подземный гараж, — сказал он.

— Зачем? — робко спросил Сэм, с замиранием сердца представляя, что бы произошло, загорись на сканере красная лампочка.

— Вам надо заехать в подземный гараж, — повторил охранник. — Приказ руководства.

* * *

Всю последнюю неделю в новостях только и говорили о том, что исламский мир необычайно активизировался. Сэм смотрел на эти новости отвлечённо и равнодушно.

— Ну зачем наши к ним лезут? — спрашивал он Джес (хорошенькую девушку, вот уже три с половиной месяца — жену), сидевшую рядом. — Пусть себе живут так, как им хочется.

— А мне страшно, — отвечала Джес. — Если что-то случится, Сэм, ты будешь рядом?

— Конечно, пупсик, — говорил Сэм и целовал её в макушку, как маленького ребенка. — Я обязательно буду рядом.

* * *

Поднимаясь к себе в отдел, Сэм отметил, что происходящее вокруг похоже на регулярные учения, только крайне реалистичные и серьёзные. На каждом этаже вооружённые люди, все двери, имеющие кодовые замки, закрыты, у каждого сотрудника на компьютере электронное сообщение от сетевого администратора с требованием сменить пароль. Всё это настораживало и волновало. Остальные сотрудники шныряли по коридорам озабоченные и раздражённые.

Как только Сэм сел на своё место, началось: звонки, требования отчётов, копий экспериментов и прочей бумажной ерунды. К тому же, что бесило больше всего, мобильник отчего-то не желал находить сеть.

В два часа после полудня объявили общий сбор.

Как Сэм не любил эти общие сборы. На них выступало начальство, которое он терпеть не мог. Толстый, краснолицый, постоянно потный глава ЦАП профессор Соммерфельд мог гундосить с трибуны часами. Начальница отдела Анализа Маргарет Митчелл — сухая, длинная тётка в узких роговых очках — на каждом выступлении утверждала, что только её отдел Анализа никогда не ошибается. Ну и, конечно же, Седой Стив (куда без него!) — отбрасывая свой седой длинный чуб на макушку, препирался с Маргарет, утверждая, что весь её отдел всего лишь «желудок, поставляющий пищу мозгу».

— Впервые в жизни я хочу ошибиться, — заканчивал свой неожиданно короткий доклад профессор Соммерфельд. — Но надежды на это мало. Мы со Стивом и Маргарет просидели тут всю ночь, и с уверенностью в 97,34 процента можем утверждать, что Событие произойдет примерно через два часа. Высшее руководство страны уже оповещено.

В зале стало тихо и гнетуще душно. Неожиданно остро Сэм почувствовал, что от соседа слева невыносимо воняет потом.

— И что мы будем делать? — спросил кто-то из зала.

— Это нам сейчас расскажет начальник охраны полковник Дженкинс, — ответил Соммерфельд и тяжело опустился на стул.

Полковник говорил долго и с жаром. Было ясно, что он себя чувствует как нельзя лучше. Он был, наверное, единственным человеком в зале, радовавшимся всему тому, что происходит.

— И последнее, — отчеканил Дженкинс. — С настоящего момента всем сотрудникам ЦАП запрещается (для вашей же собственной безопасности!) выходить из здания и пользоваться какими-либо средствами связи. Мобильные телефоны, если кто заметил, уже глушатся, Интернет от здания отключён, — на этих словах в углу, где толпились сетевые администраторы, раздался сдавленный смех. — Отключён физически, господа, — пояснил Дженкинс, и смех тут же смолк, — точно так же отсоединён и телефонный кабель. Вопросы?

— А как же наши семьи? Родные? — спросил кто-то из зала. — Если прогноз верен, то они погибнут. Мы, значит, тут отсидимся, а они там погибнут?! И мы даже не сможем их предупредить?

— Этим занимается руководство страны и лично президент, — ответил Дженкинс. — Будем надеяться, что они достойно организуют эвакуацию.

— Я не хочу сидеть тут, когда моя семья в опасности! — заорал тот же голос, и его тут же подхватили другие. — Выпустите меня! Пусть я лучше погибну там, но я буду со своей семьей!

— Хорошо! — рявкнул Дженкинс, перекрывая ор всего зала. — Я дам возможность уйти всем желающим, но учтите: кто уйдёт сейчас, больше сюда не вернётся! На размышление двадцать минут!

К выходу потянулась вереница людей.

* * *

Месяц назад Джес сказала, что беременна. Сэм был рад, как мальчишка. Весь вечер они гуляли в парке, смотрели на небо, вдыхали свежий влажный воздух с озера и мечтали о том, как будут растить ребёнка. Сэм сразу рассчитал, что ему надо ещё год работы, и можно будет взять кредит и купить нормальный дом. Хоть эта работа ему уже наскучила, но бросать её было никак нельзя — за такие деньги можно и потерпеть.

* * *

Сэм оцепенело сидел и тупо пялился в спинку впереди стоящего кресла. Ему было страшно. Впервые он находился в положении, когда от его решения зависит вся дальнейшая жизнь. Причем  ужасы, которые обещал Соммерфельд, казались ему призрачными, нереальными. Война? Глобальный теракт? Разрушение городов, радиация, болезни — всё это он видел с детства в кино и так к этому привык, что слова Соммерфельда пролетели мимо его сознания, как пересказ вчерашнего фильма. Страшило то, что он мог потерять работу. Страшила неизвестность, в которую он окунётся, стоит ему сейчас выйти за пределы здания.

«Всё будет хорошо, — успокаивал себя Сэм, — всё будет нормально. Это я скорее всего ошибся с расчетами. Но ведь Седой Стив сам потом всё пересчитывал. Не мог же он ошибиться точно так же, как я… А может, это в аналитическом что-то напутали? Нет. Соммерфельд говорил, что и Маргарет была там. Уж эта старая вобла никогда не ошибается. Значит что? Значит, Событие произойдёт? И Джес погибнет? Нет. Там будет программа эвакуации, её спасут, увезут в какое-нибудь городское убежище, а потом, когда всё это закончится, мы снова встретимся. Всё будет хорошо. Надо остаться…»

Сидя на бетонном полу среди сотен своих коллег, Сэм слушал раскаты грома. Вернее, он всеми силами представлял себе, что это гром. Сэм зажимал уши руками, чтобы не слышать взрывов, но становилось только хуже: в давящей тишине заткнутых ушей он отчетливо слышал голос Джес.

— Ты же обещал быть со мной рядом, если что-то случится, — повторял голос снова и снова.

* * *

Всё закончилось только под утро.

Несмотря на бессонную ночь, Сэм совсем не хотел спать. Он подошёл к первому попавшемуся охраннику и спросил, когда можно будет выйти.

— Не знаю, — ответил тот. — На этот счёт приказов не поступало.

Тогда Сэм отправился искать полковника Дженкинса. К нему долго не пускали, но Сэму всё же удалось пробиться. Кроме Дженкинса, там находилось всё остальное руководство.

— Когда можно будет выйти? — напрямую спросил Сэм.

— Ох, не знаю… — вздохнул в ответ Соммерфельд.

— Как это не знаете? — растерялся Сэм. — Ведь там всё закончилось.

— Послушай, Сэмуэль, — встрял Седой Стив, — ты что как маленький? Ты что, не понимаешь, что там гремело ядерное оружие?! Мир уничтожен, твою мать! Мы, возможно, одни из немногих выживших!

— Но там же была программа эвакуации…

— Да кто же сможет эвакуировать всю страну?..

* * *

Время шло. На поверхность начали отправлять экспедиции. Узнав об этом, Сэм сразу записался добровольцем. Он всё ещё верил в программу эвакуации.

В одну из экспедиций Сэм вдруг смутно узнал окрестности. Одетый в неудобный защитный костюм, он топал с товарищами меж развалин, каждая из которых рождала в душе Сэма теплые воспоминания. Он понял, что это та самая улица, где он жил до События, и сердце защемило. Они шли по разрушенной дороге, и с каждым шагом Сэму становилось всё тревожнее — они приближались к его дому.

— Семьдесят седьмой, — считал про себя Сэм, — семьдесят девятый, восемьдесят первый…

На месте дома номер восемьдесят девять зияла огромная воронка. Ничего не осталось от ненавистной когда-то развалюхи с текущим потолком и скрипящими полами.

— Видать, ракета прямо в дом попала, — сказал напарник. — Повезло жителям — не мучились.

Сэм закрыл глаза и представил, как Джес сидит на диване, подогнув ноги под себя, и смотрит телевизор. Вдруг раздаётся приближающийся свист. Она удивлённо отрывается от экрана и наклоняется, чтобы заглянуть в окно. В следующую секунду всё поглощает огненный шар.

— Эй!

Незнакомый голос выдернул его из жуткого видения. Сэм повернулся на голос и увидел бегущего к ним человека.

— Мы укрылись у старого полковника, — рассказывал человек. — Все над ним смеялись, когда он начал рыть у себя во дворе бункер, а теперь вот каждый день благодарим его.

Оказалось, что спаслась почти вся улица.

— А Джессика из восемьдесят девятого? — с надеждой спросил Сэм.

— Джессика? — переспросил человек. — Ах, Джессика… Её с нами нет. Я звал её, но она сказала, что ждёт своего мужа, что он обещал за ней прийти. Я пошёл собирать остальных, а когда вернулся, от дома уже ничего не осталось.

Сэма словно оглушило. Вся улица спаслась, а Джес ждала его. Выйди он из здания, когда это предлагал Дженкинс, они бы вдвоём были живы… Он испугался потерять работу, но вместо этого потерял Джес. Он сделал неправильный выбор. Всё в этой жизни вторично, понял Сэм, единственное, что всегда должно быть на первом месте, — это твой любимый человек. Надо всегда быть рядом с ним, а всё остальное приложится.

— Хотя, никаких останков мы не нашли, — закончил человек.

— Нам пора возвращаться, — сказал напарник Сэму.

— Знаешь что, — ответил Сэм, — я сейчас сделаю то, что должен был сделать в те двадцать минут.

Напарник вопросительно посмотрел на него.

— Я уйду и больше не вернусь.

___________________________________________

 

К. КИЛАМОВ — псевдоним Владимира Максимушкина. Он родился в 1979 году в Саратовской области. С недавних пор живёт в Тамбове.

В творчестве предпочитает фантастику. Любимый писатель — Виктор Пелевин. Опубликовал два рассказа в газетах города Балашова. Данная публикация — первый серьёзный творческий экзамен в биографии молодого автора.

 

ВВЕРХ

 

 

 

Hosted by uCoz