Тамбовское региональное отделение

Общероссийской общественной организации

«Союз писателей России»

 

Тамбовский альманах № 2 (май 2006)

Содержание

 

Главная

 

Новости

 

История

 

Персоналии

 

«Тамбовский альманах»

 

Ссылки

 

Гостевая

 

Написать письмо

 

Юбилеи

 

 

«ПОЛНЫЙ ВОСХИЩЕНИЯ И СВЕТА»

 

К 85-летию поэта Семёна Милосердова

 

(1921-1988)

 

 

Было бы лучше, если бы слова любви, признательности, восхищения стихами говорились поэту при жизни. К сожалению, чаще всего мы произносим их «в память об ушедшем». Хотя нельзя утверждать, что Семён Милосердов был обделён вниманием читателей и критики. Нет, конечно. У него и почитателей было (и есть) немало. Его стихи не только не забыты, они постоянно звучат на вечерах в школах, в библиотеках, просто в кругу любителей поэзии. Это потому, что написаны они настоящим поэтом, а у настоящего поэта стихи всегда современны.

Семён Семёнович Милосердов родился в посёлке Семёновка Тамбовской губернии 16 февраля 1921 года. Потом семья переехала в Тамбов. Здесь будущий поэт окончил среднюю школу № 5, поступил в Саратовский университет имени Н. Г. Чернышевского, но завершить учёбу не удалось: началась Великая Отечественная война.

Много фронтовых дорог прошёл молодой боец. В бою под городом Севском, на Брянщине, он был тяжело ранен, находился на оккупированной территории. Не долечившись, Семён Милосердов уходит в партизанский отряд, который позже влился в действующую армию. На белорусской земле, под Гомелем, Семён Милосердов получил серьёзное ранение и в 23 года стал инвалидом. На фронтовых дорогах, в госпиталях, в минуты озарения он писал стихи, мечтал о литературной деятельности. Дерзнул после демобилизации поступить в Литературный институт имени А. М. Горького. Радости не было конца: осуществилась давняя мечта! Но в 1949 году его незаконно репрессировали, и пришлось ему изведать ещё и горечь сталинских лагерей. Всё это потом нашло отражение в стихах и поэмах Милосердова.

Тема войны занимает значительное место в творчестве поэта. Во сне и наяву ему постоянно слышался «отзвук раскалённого набата»:

Стоны, грохот, пепел, дым и прах…

Я бегу… Мне слышится комбата

Голос, огрубевший на ветрах.

 

Проплывают выжженные лица,

И разверсты огненные рты…

Сколько ж будут сны такие длиться?

До моей последней, знать, черты.

 

Во всём хорошем, с чем сталкивался поэт в мирной жизни, он видел своеобразный памятник павшим:

Эти мосты и ангары,

Эти дворцы, телебашни,

Эти сады и бульвары —

Памятник павшим.

 

Не могла не найти отражения в творчестве поэта и лагерная тема. Его «запретка» продолжалась шесть лет, после чего Семён Милосердов был реабилитирован, вернулся в Тамбов, работал в районной газете. Стихи его постоянно появлялись во всех местных изданиях. Первый сборник стихотворений «Зори степные» увидел свет в Тамбове в 1960 году. А в 1963-м его приняли в Союз писателей. Много сил и времени отдавал Семён Семёнович работе с молодыми литераторами. Он создал в Тамбове литературно-творческое объединение «Радуга», которым руководил до конца своих дней.

Любовь к малой родине, неотделимой от большой, он пронёс через всю жизнь и творчество. Поэт воспел во многих стихах и поэмах природу родного края, его людей, которых любил беззаветно, постоянно восхищался ими.

Главный мотив в творчестве Семёна Милосердова, по его собственному признанию, — мотив «восхищения и света»; это поле утренней чистоты, которой наполнены стихотворные строки, несмотря на поистине трагическую судьбу, выпавшую на долю этого человека. Всё потом нашло отражение в творчестве. И, тем не менее, поэт всегда находился «во власти стихии солнца и стиха».

Вот что особенно выделила литературовед, профессор филологии Л. Полякова в «Слове о друге», предваряющем сборник «Белые колокола» (Воронеж, ЦЧКИ, 1991): «Земля и корень. Это, пожалуй, одна из объёмных метафор поэзии Милосердова. Земля с постоянно звучащей симфонией жизни, земля, прислушивающаяся к скрипу колёс и жужжанию шмеля, к гудению трактора и к пению старинных народных песен. Земля в разноцветии красок и запахов… Природа и человек, природа и работа. Какая-то щемящая русская грусть, какое-то постоянное присутствие ощущения невосполнимости. Но эта печаль не разрушающая, не испепеляющая душу. Она очищает, идёт в корень, насыщает его живительной силой, накапливается в народе, передаётся от поколения к поколению…»

Поэт Милосердов и названия своим книгам давал не модно-абстрактные, а такие, которые свидетельствовали о его любви к России, к людям, к родному Черноземью: «Ржаные венки», «От солнца до ромашки», «Земной простор», «Хлебный ветер», «Присягаю берёзам» и другие. Читаешь и с первых же строк узнаёшь родной Тамбовский край, его людей:

И свет во все концы,

и хлеб во все концы…

И я иду по рубчатому следу,

Весёлые шофёры-удальцы

– Садись! – кричат. – Куда?

– Навстречу лету.

 

Навстречу знакомому, много раз виденному, но ставшему ещё прекраснее, идёт читатель, ведомый простыми, но мудрыми словами поэта.

Тема Родины, тема человека-труженика звучит в каждом сборнике Семёна Милосердова. Отчётливо слышится «степей разноголосье», видится луна, которая, «как вызревшая дыня, спит в ржаной соломе на боку». Поэт передаёт запахи и звуки, помогает увидеть красоту и богатство страны и в то же время не позволяет забывать, что «знала Россия и горечь полыни».

О чём бы ни писал поэт — о весне или лете, об уборке урожая или рощах Притамбовья, о зимовщиках или переселенцах, — везде чувствуется «земное притяженье»: не созерцательность людского труда, а участие в нём, не взгляд со стороны, а глубокий интерес ко всему, чем живёт человек. Поэту дороги «косцов запотевшие лица», «облака над головой», потому что «всё это вместе — частица России моей луговой…»

И на войне поэт защищал прежде всего эту бескрайнюю красоту родной земли. Сколько душевной боли автора вобрали в себя строки стихотворения «Зёрна»:

Я помню: был смертельным грузом

взрыт косогор; как близ реки,

дымясь, на поле кукурузном

светились зёрен угольки.

 

Бой отгремел. Пожар потушен.

И мы ушли за косогор…

А эти зёрна жгли нам души

и обжигают до сих пор.

 

Стихи Семёна Милосердова проникнуты ощущением неразрывной связи человека с землёй, на которой он трудится. И оттого, что сам поэт близок к этой земле, что он свой в любом селе, в любой деревне, стихи читаются легко. Они даже не читаются, а льются, как золотое зерно на большом току. И так просторно и светло становится на душе, словно ты сам приобщаешься к добрым делам, которые творит человек. Простота и образность — вот что свойственно поэзии Милосердова. У него не найдёшь такой «сверхоригинальной» рифмы, когда, прочитав написанное, долго думаешь: а что же тут с чем рифмуется? И уж, конечно, нет той избитости, что даёт пищу для многих пародий. Кажется, поэт вовсе и не подбирает рифму, она сама приходит в стихи, делая их запоминающимися, а главное — заставляющими по-новому, глазами поэта, посмотреть вокруг себя и увидеть, что «березняка светящаяся кромка дыханьем сентября обожжена», услышать, как звучит осенняя тишина, и в этой прозрачности, в этой лёгкости уловить «черты моцартианства, гармонии сияющей красу».

Присягнув когда-то берёзам, Семён Милосердов присягнул всему, что связано с Родиной. Он верен присяге, своей теме — верен труду и труженику. У автора «ненасытные очи: всё им мало земной красы — света августа звёздной ночи, луга, мокрого от росы»; у него «ненасытные руки: не устали сеять и жать, опоясывать лесом яруги, срубы ставить, рычаг держать».

Во вступительной статье к сборнику «Люби меня, люби» (Тамбов, 1991) его составитель — вдова поэта Любовь Горина — писала: «…Читатель прежде всего знал Семёна Семёновича как поэта хлебного поля, воспевающего людей «особой пробы, которых называют «хлеборобы», на чьих плечах и держится земля». Эту тему поэт считал главной для себя… Назначение своей музы он видел в том, чтобы «тихой песней земной» поднять до звёзд «русый колос ржаной», подчеркнуть предопределяющее значение крестьянского труда для Отечества, его судьбоносность.

В неотделимости от земли собственных закатов и рассветов, в признании «пахотной России» черпал С. Милосердов силы для своего творчества… Однако «власть земли» была не единственной темой поэзии С. Милосердова. Его архив богат и разнообразен. Это философские стихи, стихи на исторические темы, размышления о судьбе России, русском национальном характере, особенно ярко проявляющемся в драматические моменты истории страны от татарского ига до сталинизма, поэтические портреты любимых деятелей литературы и искусства от А. Пушкина до П. Антокольского, пародии, эпиграммы, подражания маститым и малоизвестным широкому читателю собратьям по перу. И среди всего названного — строки любви…»

Да, стихов Милосердова о любви читатели знали меньше, чем о земле, о природе, о хлебе. И вот —

Да пребудешь ты, любовь, со мною,

То, чем жив вовеки человек,

То, что подымает над землёю

В ядерный безумный этот век!

 

Конечно, и в любовной лирике Семёна Милосердова присутствуют цветы и деревья, белые метели, черёмуха и сирень — вся наша удивительная природа. Да и как без неё? Без неё — это уже не любовь.

Опять сквозь белые метели

По январю, по февралю –

Лишь только б лыжи звонко пели –

Приеду. Выдохну: «Люблю…»

 

И ещё одно удивительное свойство поэзии Милосердова: в его стихах постоянно присутствует образ малой родины. Поэт, обращаясь к любимой, убеждён, что «на широких улицах Тамбова всё равно вдвоём не разойтись».

Сам жизнелюб и великий труженик, Семён Милосердов любил людей жизнерадостных, добрых, работящих. И в его произведениях — на виду вся жизнь человеческая, суровые подчас, но светлые лица Авдотьи, Ульяны, бабы Гаршихи и, конечно же, Алёнушки, чью нежность и красоту можно сравнить разве с весенним рассветом, навстречу которому, переполненный любовью, идёт он, её Иванушка.

Природа Тамбовского края с берёзами, ржаными колосками, бескрайними ромашковыми полями постоянно присутствует в стихах поэта. Он живёт в ней, разговаривает с цветами и деревьями, как с живыми существами, ощущая «непостижимое слиянье сердцебиенья с тишиной».

Иду в лицо моим цветам взглянуть.

Они меня встречают, как знакомца.

Вот одуванчик освещает путь,

Как луговое маленькое солнце.

 

Поэт мог часами бродить по лесу, вдыхая живительный аромат, наполняющий сердце нежностью, а голову — новыми поэтическими образами. И берёзы, как будто оберегая его вдохновение, шептали кому-то невидимому, предупреждая: «Тише, тише, не хрустите веткой, не мешайте думать…»

Из множества поэтических сборников Семёна Милосердова в Москве вышел только один — «Хлебный ветер» (М., «Современник», 1981). Остальные — в Воронеже и в Тамбове. Да он и не стремился в столичные издательства. Во-первых, знал, что поэту, живущему в провинции, не просто издать книгу в Москве; во-вторых, что было главным в данной проблеме, — он был необыкновенно скромным: и когда не имел ни одного сборника, и когда их было уже достаточно много. Он не кичился членством в Союзе писателей, хотя, безусловно, гордился этим. Но не меньше, а может, и больше, гордился тем, что был членом Союза журналистов. Работе в газете поэт отдал много лет жизни. И первые его стихи были напечатаны именно в газете.

Не раз слышал Семён Милосердов советы отправляться в Москву, «пробивать» сборники. В таких случаях неизменная ироническая улыбка освещала его лицо. С горчинкой, правда, улыбка. Обычно он молча отмахивался, а как-то взял да и написал стихотворение «Пребываю в тени». В нём он не только ответил на все советы о поездках в столицу, но и ещё раз подчеркнул предназначение поэта, которое не зависит от места жительства:

Мне внушают: поезжай в столицу!

Пробивай! Резину не тяни!

Мол, в Тамбове к славе не пробиться,

Так и будешь пребывать в тени.

 

Ну а я люблю теней сплетенье,

В жаркий полдень задремавший плёс.

Тени, как пятнистые олени,

На траве — от золотых берёз…

 

Птичья бескорыстная эстрада

Мне была с младенчества сродни.

Разве просит соловей награду,

Тоже пребывающий в тени?

 

Может быть, не всем мой голос слышен,

Но без усилителя пою.

С каждым годом пребываю ближе

К людям и цветам в родном краю.

 

После кончины Семёна Милосердова — 4 декабря 1988 года — вышли четыре сборника стихов и поэм, составленные вдовой поэта. Она же подготовила его стихи для публикации в журналах «Наш современник», «Подъём». Её воспоминания о Семёне Семёновиче полны светлой памяти и великой любви к поэту и человеку. Ибо, как говорила Марина Цветаева, « любовь — это действие». А Любовь Михайловна Горина действовала так, как, наверное, ни одна комиссия по литературному наследию. Результат? Сборники «Белые колокола» (Воронеж, ЦЧКИ, 1991), «Люби меня, люби» (Тамбов, 1991), «России чистая душа» (Тамбов, 1993), «Нюансы» (Эпиграммы, пародии, подражания; Тамбов, 2001).

Именно в книге «России чистая душа», самой объёмной из всех изданных при жизни поэта и посмертно, раскрылась ещё одна грань его творчества: с огромной внутренней силой, но без надрыва зазвучала тема крестного пути, по которому пришлось пройти Семёну Милосердову, — лагерная тема:

Как же так случилось?

На Тверском бульваре

я, литинститута

молодой студент,

плакал от восторга,

презирал Бухарина,

а теперь — враждебный

сам вот элемент.

 

Пять стихотворений из цикла «Запретка» — «Эй вы, сталинские соколы…», «Вот ещё один ледоход», «Голоса», «Песня», «Повезло» — вошли в книгу «Поэзия узников ГУЛАГа», выпущенную в 2005 году в Москве в издательстве «Материк» при поддержке Международного фонда «Демократия» в серии «Россия. ХХ век». Содержание их — отражение той обстановки, в которой находились лагерники. Это крик невинной души, насильно втянутой в воронку страшных лет массовых репрессий. Но в стихах была и надежда:

Вот закончится этот год,

вот ещё один ледоход,

потерпи, браток, подожди:

разберутся во всём вожди…

 

Вожди «разбирались» слишком долго: сколько жизней пропало, сколько загублено талантов! Но, слава Богу, есть память сердца, есть подвижники, воздававшие (в частности, этим изданием) должное мученикам ГУЛАГа.

Но, «споткнувшись о камень беды», как определил С. Милосердов перипетии своей судьбы, он не потерял равновесия, человеческого достоинства.

Душа оттаяла, запела,

Блеснула и моя звезда…

А белый свет – он, точно, белый,

Хоть был и чёрным иногда.

 

Да, много чёрного было в жизни Семёна Милосердова. Он перенёс голод и холод, войну и колючую проволоку. Но ни окопы, ни окрики часовых, ни грубость и мерзость бараков не ожесточили его, не вытравили в нём нежную душу лирика. Она светится в каждой его строке, полная любви и желания взаимности. Родниковая свежесть стихов пробуждает благородные чувства, желание стать выше, лучше, значительнее, любить и быть любимым.

Всё ж на грани смерти и запрета,

Проверяя душу на разрыв,

Полный восхищения и света,

Я пронёс о Родине мотив.

 

Волшебством веет от лирики поэта, его стихи завораживают, и неохотно выходишь из этого мира — берёзового, грачиного, листопадного, пронизанного светом нежной, ранимой, вечно влюбленной души. Он порой и сам удивлялся, откуда появлялось такое — вроде бы ничего волшебного, а душа трепещет.

Ты говоришь: бессонница…

Всё бросить и забыть…

Но разве можно солнце

В самих себе гасить?

 

Могут ли такие стихи оставить человека равнодушным? Конечно, нет. Оттого и будут они жить вечно, как и их автор — поэт Семён Милосердов.

Валентина ДОРОЖКИНА

 

 

ВВЕРХ

 

 

 

Hosted by uCoz